© 2015-2020. Декоры Некрополей. Владелец сайта Лада LNT .

"Возвращение имен" 30.10.2017 г.

1.11.2017

30 ноября очередной раз проводилась ежегодная акция "Мемориала" "Возвращение имен".  Я была впервые. Отстояла 3 часа и это при том, что очередь постоянно продвигалась. Встала в 13.06, подошла к микрофону в 16.14.


При этом время текло как-то незаметно. На входе волонтеры раздавали всем желающим листочки с одной фамилией репрессированного. Вроде бы на акции в прошлых годах раздавали списки из 5 фамилий, хотя точно не знаю. Итак, как я уже выкладывала фото , у меня был некий Кремер Владимир Иванович 30 лет мастер цеха оборонного завода № 20 расстрелянный 27 августа 1938 года.
Многие из выходивших к микрофону читали по нескольку фамилий - ту , что была на их листочке и еще своих родственников, родителей, дедов...

 

Запомнилась девочка - внучка церковнослужителя храма на Даниловском кладбище, которого забрали прямо со службы.

 

При том, что были, конечно ораторы сверх меры акцентировавшие внимание на неприязни к современной власти и сыпавшие проклятиями Ленину и Сталину, но даже они как-то уж совсем в неадекватность не впадали и отходили от микрофона даже в общем-то не нарушая негласного временного регламента.

 

А в это время шел моросящий дождь и периодически начинал дуть холодный пронизывающий ветер. Я как бы не подготовилась к столь длительному стоянию. Люди несли с собой термосы с чаем и кофе, коньяк. А я стаяла героически даже без завтрака ))) Хорошо, что у волонтеров можно было получить кофе или чаю.
А еще меня просто спасли войлочные стельки купленные в Себеже для походов по холодным болотам.

 

В три часа дня была минута молчания, а затем цветы к Соловецкому камню возложила многочисленная делегация послов из разных стран.

Стоявшие часами на холодном дожде люди совершенно не выражали никакого нетерпения или раздражения когда кто-то из выступающих немного задерживал очередь, рассказывая какие-то подробности о репрессированных в своей семье.

 

Пока мы стояли в очереди я дописала на свой листок человека, который до 1938 года жил на нашей теперь лестничной площадке: Севастьянов Федор Дмитриевич.

 

И вот подошла моя очередь. Я стояла и поняла что одновременно у меня чешется нос и хочется зевать, а нельзя - прямо на микрофон направлены камеры. А еще я поняла, что в жизни не выговорю слово "ЖЕЛДОРПУТЬРЕКОНСТРУКЦИЯНАРКОМАТАПУТЕЙСООБЩЕНИЯ" (место где трудился "мой" Севастьянов). Но я это сделала! Без запинки прочитала и Севастьянова с его Желдорпутем... и Кремера...

 

И ... все... Когда выходила, обратила внимания, что очередь ни чуть не уменьшилась и все подходили новые и новые люди.
P.S. На акции активно агитировали в защиту поисковика и исследователя мест массовых захоронений жертв красного террора Юрия Дмитриева. Его имя снова и снова звучало над Соловецким камнем: "Вечная память невинно погибшим. Свободу политическому заключенному Юрию Дмитриеву"