Примечание от исследователя истории рода Штейнцайгов -  Игоря Штейнцайга.

 

Начало

 

Начало этой истории произошло осенним вечером 2000 года. Автор этих строк заканчивал рабочий день за ЭВМ, когда внезапно поступило сообщение из Соединенных Штатов от незнакомой тогда Stacy Steinzeig. Стаси выразила предположение о том, что мы родственники, и предложила продолжить общение.

В «разговоре» выяснилось, что моей корреспондентке 36 лет, по образованию — судебный психолог, но никогда этим не занималась. Оказалось, что в Штатах ныне проживает несколько дюжин носителей фамилии Штейнцайг, и что один из них — Sherman, приходящийся Стаси дядей, — увлекается изучением истории своей семьи, и является носителем и хранителем собранных сведений.

Шерман родился в 1925 году в Канзасе. По специальности врач-кардиолог, к тому времени — пенсионер, продолжавший работу в качестве консультанта вуза. В изучении истории своей семьи Шерман достиг исчерпывающих результатов (в том смысле, что изучил все доступные ему источники) и, даже, сделал несколько не слишком обоснованных предположений.

В общении с Шерманом проявился и интерес автора к изучению истории фамилии. Значительно большие возможности обращения к первоисточникам и архивам и родной русский язык позволили не только дополнить имевшиеся у Шермана сведения, но и найти новые, ранее неизвестные факты. Но об всем — по порядку.

 

Сведения из США

 

Какое отношение имеет живущая в Америке семья к находке на московском кладбище? — спросит любопытный читатель. На самом деле — самое кровное. Судите сами.

Начало многочисленной семье моих корреспондентов было положено, когда в конце 1892 года полоцкий мещанин Абрам Мовшевич Штейнцайг в сопровождении второй жены Ханы, дочери Сорки от первого брака, а также детей Розы (Рахель), Моисея (Moses), Марии, Иосифа и Исаака вышел на берег Гудзона. Сорке тогда было 18 лет, Исааку – полгода. Как любой правоверный еврей, Абрам обратился в общину, где ему сказали, что портные нужны в Канзасе. С тех пор основная часть потомков Абрама живет в Канзас-сити.

В архивах этой семьи сохранились некоторые документы, из которых следует, что Абрам Мовшевич Штейнцайг родился в 1850 году в г. Полоцке Витебской губернии, обучался портновскому мастерству в Санкт-Петербурге и в 1879 году «по предъявленным документам и надлежащем испытании, признан достойным быть мастером портного цеха». Проживал он в Московской части города на Подольской улице и по 7-й Роте.

Всего у Абрама было десять детей (или одиннадцать — в метрической книге Санкт-Петербургской хоральной синагоги нашлась запись о девочке, имена родителей которой совпали с именами Абрама и Сары, но имя которой отсутствует в пароходном манифесте)… Кроме того, оказалось, что новоприбывшие американцы несколько изменили свои даты рождения, причем эти изменения числились за ними до конца жизни и были увековечены на надгробиях. Ошибки удалось исправить при помощи метрических книг Санкт-петербургской хоральной синагоги, что явилось открытием для Шермана.

По семейным преданиям и по документам в Санкт-Петербурге остался младший брат Абрама — Исаак с семьей, имевший, по слухам, неплохой бизнес. Причины и дата смерти Исаака примерно в революционные годы остались неясны. После его смерти осталась семья, жена Рая и 4 детей: Давид, Самуил, Фанни и Евгения. После революции семья в этом составе оказалась в Москве, на Якиманке. С ними американцы поддерживали переписку до 1935 года. Внезапно переписка оборвалась.

Из доставшихся автору копий писем выяснилось следующее. К 1933 году в возрасте 35 лет умер старший сын Исаака Давид. Причиной стал туберкулез, появившийся как осложнение после перенесенной простуды или гриппа. За несколько месяцев до этого при родах умерла его жена. У них осталась дочь Валя, которой в 1933 году было 3 года, бабушке Рае — 67. Вся семья — бабушка Рая, Самуил, Фанни и Женя — жили вместе. Жили очень трудно. Американские родственники присылали несколько долларов, которые с пользой были потрачены в Торгсине. Подробный отчет о покупках приводится в письмах. Покупки самые простые: крупы, сахар, мука, подсолнечное масло, чай… Эти незамысловатые продукты стали праздником для всей семьи.

В письмах также содержится намек на то, что в Ленинграде есть еще родственники, но данных, позволяющих начать их поиск нет.

В последнем письме, датированном сентябрем 1935 года, москвичи настоятельно приглашают американских родственников приехать… Далее переписка оборвалась.

Вот почему вопрос о том, что мне известно про Самуила Исааковича Штейнцайга не оказался чересчур неожиданным. Я поделился всеми доступными мне материалами с автором исследования. Надеюсь, что эти сведения оказались полезными.

Как сложилась судьба остальных членов этой семьи остается неизвестным. Попытки отыскать следу в доступных справочниках к успеху не привели. Надеюсь на обнаружение дополнительной информации в будущем.

Игорь Штейнцайг (igor.steinzeig@gmail.com)
Израиль
май 2019 года

© 2015-2020. Декоры Некрополей. Владелец сайта Лада LNT .